Женщина-помощь: как председатель профкома спасает зависимых от алкоголя коллег

Женщина-помощь: как председатель профкома спасает зависимых от алкоголя коллег

Суть воспитательного процесса – в консолидации сил коллег, родных, близких и даже соседей

Работница одной из структур потребкооперации Гродненщины подобно горьковскому Данко отдает свое сердце взрослым, но слабым людям.

О себе председатель профкома Гродненского филиала облпотребобщества Тереса Букраба говорить не любит – нашли, мол, героиню. Делится лишь немногими фактами из биографии: окончила Могилевский технологический институт, получила специальность инженера-технолога общественного питания. В 1980-м по распределению приехала в Мосты, через год перевелась в Гродненский райпотребсоюз. А уже в 1984 году активная девушка руководила Гродненским объединением предприятий общественного питания, которому в итоге отдала более 30 лет.

PRAS.by""

В последние годы Тереса Станиславовна отвечает за профсоюзную жизнь коллектива. Но, говорит, по-настоящему чувствовать людей, видеть в каждом индивидуальность, искать объяснения любым, даже самым нелогичным человеческим поступкам ее научила работа на директорской должности. Тогда Тереса Букраба попыталась заглянуть в людские души, чтобы лучше понять их, но незаметно для самой себя начала их лечить и со временем отдала себя без остатка борьбе с пристрастием своих коллег... к алкоголю.

– На то были личные причины, – признается Тереса Станиславовна. – От злоупотребления спиртным погибла моя лучшая подруга, которой не было и 30 лет. Для меня это стало страшным потрясением.

В подчинении у молодого директора тогда находилось более 500 человек, занятых в сферах торговли, общепита, обслуживания. Организация проводила множество мероприятий, в том числе увеселительных.

– Кто-то смог устоять перед искушением зеленого змия, а кого-то затянуло в омут, – рассказывает наша героиня. – Тем не менее увольнение было последней мерой, на которую я шла. Также никогда не наказывала рублем. Суть воспитательного процесса видела в консолидации сил коллег, родных, близких и даже соседей. Мы «обкладывали» человека со всех сторон, брали «под колпак», если хотите, чтобы любым способом отвлечь от желания выпить.

«Мы» – это большая общепитовская семья. В нелегкой борьбе с пьянством Тересе Букраба помогали заведующие производством – они знали, пожалуй, всё о своих работниках.

– Все помнили: к Букраба на ковер лучше не попадать, – улыбается Тереса Станиславовна. – Я категорически не выношу вранья. Человек должен сказать правду, пусть даже горькую. Если бы вы знали, как сопротивляются взрослые люди такому вмешательству в личную жизнь! Но, наверное, какие-то высшие силы помогают мне почувствовать их самое уязвимое место, а потом правильно оказать нужную помощь. И тогда возникает доверие. Ведь даже решение о кодировке человек должен принять осознанно. К слову, от алкогольной зависимости мы лечим за деньги профкома.

Тревожит председателя профсоюзной первички и тот факт, что спиваются в первую очередь жители сельской местности.

– Мы пытались собирать их за круглым столом, – продолжает рассказ собеседница. – Ну, съели они пирожок, разошлись и вновь погрузились в привычную атмосферу. Хорошо, если есть у кого-то подсобное хозяйство. Остальные же коротают вечера за бутылкой. Самое ужасное, что заложниками ситуации становятся дети. К борьбе за семью тогда подключаются школа, сельсовет, религиозные структуры. У нас очень много совместных побед, но много и поражений...

Жизненные истории, как ленты диафильмов, медленно прокручиваются перед глазами. И эти слайды чаще всего черно-белые. Вместо титров – горькое повествование. Каждый сюжет Тереса Станиславовна эмоционально переживает снова и снова:

– В кондитерском цеху в Понемуни работала чудесный специалист Лариса. Выдав замуж дочь, во втором браке она родила мальчика. Супруг умер, когда малышу было 4 года. И Лариса пропала... Мы не смогли помочь. Ее уволили, сына отдали в другую семью... Еще один пример: Наташа пристрастилась к спиртному благодаря родителям-алкоголикам. Те умерли, потом ее бросил муж. Остался ребенок 6 лет. Сейчас мы с Наташей в одной связке. Дай Бог нам мальчика вырастить и на ноги поставить. Эльвира – повар «золотые руки», когда запила, ночевала на мешках в столовой (имя изменено по этическим причинам. – Прим. авт.). Я фактически силой завела ее в Фарный костел, потом – на кодировку. Сегодня она уже на пенсии, но продолжает трудиться в нашей организации. А вот Ирку не уберегли... Наверное, я долгое время оказывала медвежью услугу – скрывала от коллектива истинную причину ее больничных. Она безбожно пила и все же уволилась по собственному желанию. Страдает сейчас от цирроза печени.

Таких случаев, замечает Тереса Станиславовна, море. И у каждого алкоголика, по ее словам, имеется объективная причина пагубного пристрастия, но редко кому хватает силы воли достойно пережить черную полосу.

Собеседница неоднократно акцентировала внимание на прекрасно выстроенных отношениях с нанимателем – директором Гродненского филиала облпо Еленой Бояринцевой.

– При контрактной системе и в свете требований Директивы № 1 с людьми, злоупотребляющими алкоголем, допускающими недостачи и прогулы, незамедлительно прощаются по статье, – приводит пример Тереса Букраба. – Но уволить человека можно только по согласованию с профкомом. Вот и беру горе-работника под свое крыло, то есть отвечаю за него и вместе с ним. Я не могу иначе.

Фото:
поделиться в соцсетях
Комментарии/ 0
Ваш комментарий